Мы обращаемся к логике ручного труда в надежде восстановить утраченную осмысленность вещи, когда ее конструкция являлась обоснованным ответом на запрос среды, а течение времени не обесценивало, а наделяло уникальным характером.
Мы переносим функционально выверенные формы в новый контекст.